Сейчас ты снимаешь с ёлки смешную деревянную игрушку и, согласно издревле установленному обычаю, протянешь её ребенку. Вот он этот миг. Все затаили дыхание, малыш сидит у тебя на коленях, дремотно моргает, его только что вытащили из теплой постельки, ты вдыхаешь сладкий запах сонного ребенка, и, тогда он тебя целует, ты чувствуешь: жаждущее сердце наконец напилось из родника. (Горе детям их обокрали, если никто не нуждается в роднике, что таится в них без их ведома, роднике, к которому постаревшим сердцем, чтобы омолодиться)
Но сейчас не до поцелуев. Малыш смотрит на елку, ты смотришь на малыша. Сейчас ты сорвешь редкостный цветок, расцветающий единственный раз в году посреди снежных сугробов, – цветок восторженного изумления.
Антуан де Сент-Экзюпери, Цитадель.
.
